Моноспектакль по прозе и стихам Георгия Иванова - разговор о Петербурге начала ХХ века, о Гумилёве, Ахматовой, Блоке и других героях Серебряного века. Голос актёра ведёт от воспоминаний к строкам, полным тоски по России, а фортепиано Рахманинова и Прокофьева тонко подсвечивает каждую паузу. Есть тексты, которые звучат сильнее любого декора. В этот вечер на сцене - моноспектакль в двух частях по прозе и стихам Георгия Иванова, одного из ярких голосов Серебряного века. Первая часть строится на воспоминаниях о Петербурге начала ХХ столетия: в слове возникают живые силуэты литературной среды, узнаваемые интонации времени, встречи и разговоры, которыми дышал город. В центре - человеческая память: точная, иногда колкая, иногда нежная. Через неё проступают имена тех, с кем поэт был рядом и кого видел вблизи - от Николая Гумилёва и Анны Ахматовой до Александра Блока и Осипа Мандельштама. Это не перечень фактов, а ощущение присутствия, когда за короткой фразой угадывается характер и судьба. Во второй части звучат стихи парижского периода - строки, в которых слышна тоска по России и попытка удержать связь с домом словами. Исполнитель работает тонко: меняет темп, обостряет паузы, ведёт интонацию так, что смысл раскрывается постепенно, как после долгого молчания. Концентрация внимания становится частью действия - зритель невольно «дослушивает» и продолжает мысль вместе с актёром. Музыкальные акценты поддерживают драматургию: в программе звучат Рахманинов и Прокофьев в исполнении пианистки Елены Васильевой. Эти страницы не «иллюстрируют» текст, а помогают почувствовать его внутренний ритм - от тревожных переливов до светлой прозрачности. Виталий Гордиенко - артист старой школы: начинал на сцене МХАТа после Школы-студии, работал с режиссёрами разных поколений, создавал литературные программы и получал признание на Пушкинском конкурсе. Опыт кино даёт ему особую точность - каждое слово «попадает в кадр», даже когда зал замирает.