Терменвокс и фортепиано встречаются в одном вечере, где электрические вибрации воздуха переплетаются с живой интонацией рояля. Программа собирает редкие сочинения, премьеры и импровизации, превращая концерт в эксперимент с привычным звучанием академической музыки. В центре этого концерта - терменвокс, инструмент, вокруг которого сложено множество легенд. Он реагирует на малейшие движения рук исполнителя, превращая воздух в музыку и буквально рисуя мелодию в пространстве. Вместе с фортепиано он создаёт необычный дуэт, где электронный голос сталкивается с осязаемым звучанием клавиш, а привычное представление о концертном вечере смещается в сторону эксперимента и звукового театра. Программа выстроена так, чтобы показать, как менялось представление о электрическом звуке на протяжении XX и XXI веков. В первой части звучат сочинения, написанные в эпоху, когда сама идея электричества воспринималась как символ будущего. Фокстрот Леонида Половинкина и пьесы Иосифа Шиллингера отсылают к эстетике авангарда, где энергия городов, ритм машин и интерес к новым технологиям непосредственно влияли на музыкальный язык. Терменвокс в этих страницах становится проводником в пространство, где эмоции окрашены механической точностью и одновременно трогательной хрупкостью. Во второй части концерта акцент смещается к более близкому времени. Цикл Леры Ауэрбах для терменвокса и фортепиано раскрывает инструмент с неожиданно лирической стороны: в её музыке слышатся хрупкие паузы, напряжённые кульминации и почти камерная исповедальность. Собственные сочинения Петра Термена связывают семейную историю с экспериментом над звуком: использование бесконтактного контроллера и электроники подчёркивает, как далеко ушло развитие инструмента от его первых выступлений. Пьеса zhokhowsky для терменвокса и фортепиано добавляет к этому ряду ещё один угол зрения, соединяя минималистичный жест с постепенным нарастанием напряжения. Финальный импровизационный сет Петра Термена и Германа Мархасина превращает ко