История по Чехову превращается на экране в точное и болезненно узнаваемое исследование жажды признания. Здесь важен каждый взгляд и жест: блеск кулис, шум вечеринок и тишина домашнего кабинета врача, в которой медленно проясняется цена честности и легкомысленных выборов, а позднее прозрение звучит особенно остро. В экранизации чеховского сюжета режиссёр Самсон Самсонов аккуратно переносит на экран историю брака, в котором голос здравого смысла почти утонул в шуме светских разговоров. С первых кадров видно: героиня живёт ожиданием «выдающихся личностей», пытаясь поймать отражение своей исключительности в чужих взглядах, а рядом с ней есть тот, кто изо дня в день лечит людей и говорит с ней без красивых фраз. Картина бережно воссоздаёт мир интеллигентской среды середины XX века: театральные кулуары, артистические посиделки, небольшие гостиные, где любое слово легко превращается в сплетню, а любой жест - в обиду. Съёмка выстраивает композицию так, чтобы зритель выбирал, за кем следить: за ослеплённой героиней, за её усталым мужем, за артистами, для которых впечатления давно стали профессиональной привычкой. В этом внимании к деталям чувствуется интерес к психологии повседневности и к тому, как мелкие решения складываются в судьбу. Фильм обращает взгляд на тему самообмана. Желание жить «ярко» здесь не связано с настоящей свободой, оно диктуется страхом показаться скучной и незаметной. Герои и их окружение постоянно играют роли, подстраиваются под ожидания зала, под чужие истории успеха, под придуманные представления о счастье. Вместо назиданий авторы дают зрителю время разглядеть привычные оправдания, услышать знакомые интонации и, возможно, узнать в них себя или людей из собственного круга. Работа выделяется тем, как она показывает мужскую и женскую оптику. Для врача важны долг, профессиональная репутация, ответственность за пациентов; для его жены на первом плане оказывается эмоциональный тон дня и ощущение собственной значимости. Их диалог почти постоянно срывается.