J. Roddy Walston - это сила природы. Если его хиты, такие как Heavy Bells, являются боевым кличем, то глубокие треки, такие как Boys Can Never Tell, представляют собой тактическое космическое отступление. Для некоторых его музыка - это форма религии, психоделическая по своей интенсивности, трансформирующая по своему воздействию на тело, освобождая что-то первобытное, что было похоронено слишком долго. Дело не в размышлениях, а в движении, ощущениях, сдаче. Его влияния - это хаос противоречий: ярость Курта Кобейна, сломанная сладость Нилсона, мощь Лед Зеппелин, и где-то там извращенное кивок к одинокому калькуляторному фанку Уильяма Онябора. Критики пытаются его ограничить, но Уолстон не поддается контролю - он создает хаос, и его живые выступления наносят ущерб, но, к счастью, его песни могут покрыть расходы. Поймайте его и его группу, прежде чем он снова все сожжет.